Под кровом Всевышнего

Часть IV

Снова в столице


Содержание

Суета земная

 

"Избави нас от суетных мыслей, оскверняющих нас..."

(Из молитвы на сон грядущим)

Да не подумает читатель, что, вырастив детей, нам с батюшкой можно было "почивать на лаврах". Житейское море вокруг нас продолжало волноваться, волна за волной набегала на слабый челнок наших душ. Враг рода человеческого всячески старался чрез внешние обстоятельства жизни выбить нас из колеи мирного, тихого существования. И Господь попускал эти искушения, чтобы мы, благодаря им, беспрестанно взывали к Богу, возлагали на Него свои надежды. "Нет, видно, спокойно не поживешь", - не раз слышала я от своего отца Владимира.

В первой части моих воспоминаний я писала о том, что дом наш, в котором протекало мое счастливое детство, еще в 1930 году постановили снести. Но снесли его лишь наполовину, а конец дома из двух стен, подпертых кирпичной кладкой, продолжал стоять до 1975 года, то есть еще сорок лет. Безобразные рельсы врезались все глубже в кирпич, стены из года в год продолжали расходиться вправо и влево. Трещины в стенах становились все глубже и глубже. От перекоса полка с посудой у наших соседей сорвалась и с грохотом свалилась. Крыша текла, полы сгнили, водопроводные трубы тоже требовали замены. Когда жильцы дома ходили хлопотать в конторы, то людям отвечали: "Шестой корпус дома двадцать? Да он еще в тридцатые годы разрушен, в списке корпусов его давно не существует". Но так как жильцам на головы текла вода, то (за год до сноса дома) сменили железную кровлю на дорогую цинковую. Потом предложили жильцам потесниться, чтобы поднять в кухне и туалете полы и сменить ржавые трубы на новые. Я говорила родителям моим: "Не соглашайтесь на такой ремонт. Пусть сначала вас переселят в другую квартиру. Как вы будете без пола прыгать? Гнилые доски не смогут уложить обратно, они все рассыплются".

Наконец пришла комиссия, которая вынесла решение: ремонт обойдется дорого, надо дом снести, а жильцам дать другие квартиры. Пока эти вопросы решались, время шло. Наш сын Николай с женой Светланой уже ждали ребенка. Они сделали родственный обмен с сестричкой Любочкой и снова прописались в аварийную квартиру. Благодаря этому, когда стали выдавать ордера на новые квартиры, в нашей квартире оказалось уже две семьи: я с двумя дочками и Федей, а другая семья - Коля, Света и их сынок Алешенька. Рождение этого ребенка, нашего первого внука, мы приняли с непередаваемой радостью. Среди недоумений и скорбей того года вдруг пришла радостная весть: "Света родила сына!". Мы, как на Пасху, кинулись в объятия друг к другу, целовались и обнимались.. Как будто луч света озарил наши души.

Вскоре я поехала и без всякой волынки и очереди получила два ордера на две одинаковые квартиры.

В те годы я по временам тяжело болела: песок двигался из почек. Я лежала почти каждые два-три месяца, очень ослабевала, началась гипертония (давление подскакивало). Я была даже не в состоянии ехать и посмотреть квартиры. Отец Владимир был занят, Коля - тоже, у Светы - ребенок. Батюшка послал Федюшу на разведку. Какова же была наша радость, когда наш пятнадцатилетний сынишка рассказал нам следующее: "Обе квартиры на восьмом этаже девятиэтажного дома. У этих квартир общая стена и общий балкон, с перегородкой. Через нее мы сможем ходить друг к другу в гости, не выходя на лестницу. Если чей-то лифт не будет работать, мы сможем воспользоваться лифтом родных. И Алешеньку родители передадут нам через балкон, если им надо будет куда-нибудь отлучиться".

Через это обстоятельство мы увидели заботу о нашей семье милосердного Господа Бога!

Нас часто спрашивали, кому и какую взятку мы дали, что получили взамен старой трехкомнатной квартиры две новые двухкомнатные, да, главное, рядом. И кто поверит, что это Царица Небесная так о нас позаботилась! Не напрасно же воспевает в своем храме отец Владимир за акафистом: "Радуйся, нечаянную радость верным дарующая".

Эта квартира в Отрадном оказалась намного ближе к храму в Лосиноостровской, где служил наш батюшка. Он сильно утомлялся от езды на службы с Планерной, где мы жили. Поэтому мы стали сразу же думать о переезде. Ведь машину мы уже восемь лет как продали, так как ставить ее было в Москве негде, да и шофера не было.

Итак, началось опять переселение: бабушка уже лежала в Гребневе на кладбище, а дедушку мы решили поселить на Планерной с Любочкой, Катей и Федей, который там заканчивал десятилетку. Сборы вещей, перевозка мебели... О, как трудно бывает в подобной суете сохранять душевный мир! Сердце просило покоя с Богом.

 

Содержание

 


Copyright © 1999 - 2017 г. Священник Антоний Коваленко