Дар любви

Содержание

ГЛАВА V
"Разговаривайте с ним как с живым, он вас слышит..."

Еп. Сергий

 

 Дорогой батюшка Федор!

Пишет Вам прихожанка храма. Как при земной жизни обращалась я к Вам за помощью, так и теперь прошу молитв Ваших.

Сын мой, Игорь, как я говорила Вам, уехал с женой в Израиль 25.02.99 г. Родилась там у них дочка. Назвали ее Авиталь, о чем я очень страдаю. До сих пор не крещена, в храм они не ходят. Очень хотели мы с мужем поехать к ним осенью на три месяца, чтобы помочь им, но Господь пока не пускает.

Вот теперь им надо идти на работу, а дитю оставить не на кого. Просят, чтобы приехал муж Анатолий. Я поехать не могу - надо сажать огород. Да и вообще не знаю, надо ли нам ехать? Может быть, трудности вернут их домой?

Но очень жалко девочку, вымоленную у Бога. Ведь они жили 15 лет, а детей не было.

Помолись за нас всех грешных. Я не знаю, что полезно, но пусть Господь наш милостивый устроит все Сам. Или их умудрит, или пошлет благочестивую няню. А нас вразуми, надо ли ехать мужу сейчас к детям. Ведь у него плохое здоровье, выдержит ли он климат там? Или мне с ним ехать?

Помолись за нас. Прости, что пишу коряво. Низкий земной поклон тебе. Спасибо за твои подарки.

Грешная моя семья:

Тамара, Анатолий, Игорь, Татьяна, Авиталь.

Вразуми, каким православным именем назвать внучку.

 

* * *

 

Отец Федор, вы очень помогли моей нынешней знакомой. Все знают, что люди встречаются на этом свете не зря. Она была знакома с Вами, рассказала все свои грехи и Вы ей их отпустили. Ей было очень легко, но когда Вы умерли, верней, только Ваше тело, Марине стало плохо.

До сих пор она мучается, страдает. Но я знаю ее, она веселая. Она не может придти к Вам на могилу, боится поверить, что Вас нет. Ее стоит только подтолкнуть, она придет и ей станет легче. Я постараюсь это сделать. Дай Бог, мы придем с ней вместе.

С уважением, раба Божия Светлана.

Спасибо, что Вы были, есть, и будете в наших душах, сердцах. И отпустите пожалуйста все мои грехи.

Простите меня. С любовью,

Светлана

 

* * *

Дорогой батюшка!

Говорить о Вас в прошедшем времени я не могу, потому что это будет неправильно. Ведь если кто-то из наших родных уезжает в дальнюю страну, то это не значит, что его нет совсем. Но так как "сущий от земли земной и есть", то и скорбь была сначала земная. Господи, прости меня! И Вы, наш дорогой батюшка, простите. Молитесь за меня, батюшка, так как Вы всегда молились и молитесь, чтобы Господь вразумил Ваше чадо.

… Батюшка, я просила у Вас благословения, чтобы иногда исповедоваться не только у Вас, чтобы "не сотворить себе кумира", и Вы благословили меня. Молитесь, чтобы не было со мною этого и сейчас. Молюсь за Вас.

Молюсь о матушке Галине и о Ваших детках.

Татьяна

 

* * *

На память о хорошем, добром священнослужителе, настоятеле, протоиерее Федоре Соколове.

Во-первых, отец Федор соорудил храм практически из руин, насколько мне известно. Хотя именно я с ним близко не общался, но мне хочется сказать о нем самые добрые слова. Конечно, мне до него - как до звезды. Отец Федор, мне думается, помог вылезти из беды очень многим людям. Мне, конечно, очень жаль, что такие хорошие люди так быстро умирают. И я думаю, что можно еще бесчисленное количество добрых слов сказать об этом замечательном священнослужителе. Это вкратце.

Во-вторых, большое ему спасибо за данное благословение священнику храма отцу ..... за то, что тот принимает меня и снисходит к моим слабостям. Я не самый лучший человек и с 15 лет связался с наркотиками, с анашой, потом постепенно перешел на более сильные препараты (героин). Я таскал деньги из дома, золото, ценности, и т.д. Плохих поступков я совершил в своей жизни немало.

Самое главное. В храме, настоятелем которого протоиерей отец Федор, что-то доброе коснулось моего сердца. В этом храме по мере сил и возможностей я стараюсь вылезти из этой трясины, в которую попал. На этом я заканчиваю свое письмо.

недостойный раб Божий Максим.

 

* * *

Спасибо Вам, отец Федор, за все, что Вы для меня сделали: за Вашу помощь, поддержку, за душевное тепло, сердечность. Я никогда Вас не забуду и буду до конца дней своих помнить ваши наставления и Вашу неповторимую улыбку. Вечная Вам память.

С искренней любовью и бесконечным уважением,

раба Божия Наталья. Простите меня.

 

* * *

Дорогой наш отец Фёдор!

Всем детям Воскресной школы нашего храма до сих пор не верится, что вас теперь уже нет рядом с нами. У всех детей слезы на глазах, но мы стараемся больше не плакать, а радоваться, что наш дорогой Батюшка молится за всех пред Господом.

Нам, конечно же, тяжело без Вас, но теперь, хоть Ваше тело умерло, Ваша душа всегда с нами, и мы верим, что

Вы всегда будете помогать нам своими молитвами перед престолом Божьим.

Дети Воскресной школы.

Мы Вас очень любим!

Юлия, Светлана, Алла, Мария, Юлия, Наталья, Анастасия, Сима, Ольга, Иван, Вячеслав, Кудинов Максим, Николай, Женя, Костя, Игорь, Катя, Света.

 

* * *

Один раз я исповедалась у Тебя, Батюшка мой, отец Федор. Молись о душе моей грешной и болящей Алевтине.

Да сопричтет Тебя Господь ко стаду своему избранному молитв ради наших ко Господу Иисусу Христу. Аминь.

 

* * *

Дорогой и всеми нами любимый и незабываемый наш пастырь отец Федор. Мы, братья и сестры церкви Христовой, глубоко скорбим, что Вас нет рядом с нами. Но на все воля Божия. Вы рядом с Господом, молитесь за нас, грешных.

Сборщики пожертвований

 

* * *

Светлой памяти батюшки Федора посвящаю

Я не верю, не верю, не верю!

Это просто нелепая ложь!

Тихо хлопнули вечности двери -

Не умолишь, назад не вернешь.

А внутри так мучительно ноет!

Как в тумане бреду, не дыша,

К двум крестам за седой пеленою,

И от горя седеет душа...

Мне цветком бы упасть на могилу,

Отогреть, а весной зацвести!

Ты прости меня, батюшка милый,

За тоску и за слезы прости!

И с мольбою мерцает лампада,

Как душа твоя, так же чиста,

Словно просит: "Не мучься, не надо!

Подойди и постой у креста!

Обогрейся, я дам тебе силы,

Не ропща, помолиться в тиши!"

О, прости меня, батюшка милый,

За смятение грешной души!

Утираю, стеня и тоскуя,

Струи слез, что бегут по лицу,

И душой вопию: "Аллилуиа!"

К Милосердному Богу Отцу.

Я зову Его милости бездну: -

Освяти сей могильный покой

И в обителях светлых небесных

Со святыми навек упокой!

И стою, сиротливо сжимая,

Два цветка - два комочка тепла,

А на небе частичками рая,

Словно свечи, горят купола.

Елена Гавриченко

 

* * *

Один иконописец рассказывал о том, как ему никак не удавалось помириться со своим другом, с которым они вместе расписывали наш храм. Повздорили из-за какой-то чепухи, а тот потом по работе куда-то уехал. В Прощеное воскресенье он пошел в Преображенский храм, очень сожалея, что не может с ним помириться. Уже подходя к храму, он про себя взмолился: "Отец Феодор, ты знаешь, что я не помирился со своим другом, прошу тебя, помоги!" Шел он пешком из Тушино, дошел до последнего поворота, и тут навстречу ему кто-то стал спускаться. Сблизились... Он! Обнялись, поцеловались, и, конечно, все простили друг другу...

раб Божий Димитрий

 

* * *

На девятый день со дня гибели о. Федора еду я в автобусе в храм и вспоминаю эпизоды нашей недолгой счастливой жизни. Я был старше батюшки, и наивно мечтал, что когда-то он меня будет отпевать. А теперь, вот, ехал на литургию и панихиду по нему.

Дорогой в памяти всплывали эпизоды, связанные с моим посещением алтаря в нашем храме. Было это всего дважды с интервалом в три года, и оба раза по благословению о. Федора. Первый раз в Никольском приделе, а во второй - в Сергиевом. Последний раз, когда я там был батюшка совершал проскомидию и через алтарника пригласил меня войти. В великом волнении перешагнул я порог алтаря, сделал три земных поклона и остался у дверей. Отец Федор стоял у жертвенника и вынимал частицы из просфор; кивком головы подозвал меня к себе и сказал, чтобы я называл имена своих близких. Я называл, а он повторял их и вынимал частицы из просфор.

Минуло время, батюшки нашего больше нет, и некому теперь позвать меня в алтарь. С этими горькими мыслями подъезжаю к храму, вхожу внутрь - часы читать еще не начинали. Обошел все иконы. Стою, и будто в ответ на свои мысли, получаю приглашение... войти в алтарь! Подходит ко мне родная сестра отца Федора, Екатерина Владимировна Ткаченко, протягивает целлофановый пакет и говорит: "Передайте, пожалуйста, эти вещи в алтарь".

Потом я пытался выяснить, почему она просила именно меня, когда вокруг было много других мужчин, и алтарники были на месте, но Екатерина Владимировна вообще не могла вспомнить, что был такой эпизод.

раб Божий Алексей

 

* * *

Через полгода со дня гибели батюшки я пришла в храм. Получилось так, что в тот день служили две панихиды. Первую на могиле отца Феодора служил новый настоятель отец Василий, а его матушка всем потом раздавала поминальные пирожки. Я знала, что после службы в трапезной будет накрыт стол для близких и родственников. К их числу я не принадлежала и собиралась уходить. В голове мелькнула грустная мысль, что при жизни батюшки я никогда не была рядом с ним за столом, а теперь тем более не посижу.

В этот момент ко мне подошла знакомая. Мы с ней расцеловались и я задержалась, отвечая на какие-то незначительные вопросы. Она работала в храме и собиралась в трапезную. Прощаясь, она обратилась ко мне по имени: "Ну, все, Наташенька, до свидания". Я собираюсь уже уходить, и вдруг отец Василий, глядя на меня, говорит: "Наташенька, Наташенька, куда пошла? Давайте в тарпезную", - видно услышал мое имя.

За столом я сидела рядом с монахиней Елизаветой, которую очень люблю (прихожане конца 90-х годов помнят высокую монахиню, собиравшую пожертвования перед нашим храмом). Ее соседство придавало ощущение тепла и присутствия батюшки, ответившего на мои скорбные мысли через отца Василия.

Наталия Гродницкая

 

* * *

В апреле 2000 года я, духовное чадо отца Феодора, после молитвенного обращения к нему получила работу.

На Благовещение в храме зачитали указ о назначении нам нового настоятеля, это было на всенощной, а на литургию я не смогла пойти - не было сил. Я сидела дома и скорбела, что не могу пойти на службу, что у меня нет сил и нет работы, а главное, нет возможности обратиться за помощью к отцу Феодору. Потом мысленно увидела батюшку на солее у северных врат и стала так думать: "Отец Феодор, ты многим помогал, я знаю. А мне?..."

Все-таки решила дойти до храма. Думаю: "Пойду, поклонюсь могиле дорогого батюшки, приложусь к кресту". Так и сделала.

Потом зашла в киоск, он тогда еще стоял за территорией храма, там работала моя знакомая. Сидела у нее, смотрела на большой портрет отца Феодора и думала: "Вот бы мне устроиться в молодую семью няней. Чтобы родители были возрастом до 25 лет, а ребенок от 2-х до 3-х лет".

В киоск зашла сотрудница храма, и мы с ней разговорились. Я сказала ей, что хочу заниматься с ребенком, а та мне ответила, что приходила жена диакона из другого храма и спрашивала - не хочет ли кто поработать у них няней, оставила свой телефон.

В тот же день я позвонила и была принята в эту семью. Отцу диакону и его матушке было по 23 года, а мальчику - 2 года и 2 месяца. Так все, что я просила, исполнилось даже в мелочах.

Не сразу я поняла, что получила эту работу по обращении к отцу Феодору. Только через некоторое время, когда увидела всю цепь событий так, как все описываю сейчас. У этого случая есть и свидетели - две сотрудницы храма.

Спасибо, дорогой батюшка!

Светлана Лихоманова

 

* * *

Много мне батюшка помогал в жизни. Я всегда чувствовала поддержку и помощь с его стороны и даже в день его похорон. На улице был сильный мороз, и я так сильно замерзла, что стоять уже не было сил. В мыслях у меня промелькнуло, что надо уйти (хотя гроб еще не опустили в могилу). Но как уйти, не простившись с батюшкой?! Только я об этом подумала, как сразу почувствовала, что мне тепло. Я смотрела на стоявших рядом со мной съежившихся от холода людей и удивлялась, что батюшка мой даже в такой момент смог меня согреть и дать почувствовать, что он всегда рядом с нами.

Маргарита Ядренникова

 

* * *

Строки из письма на имя Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II от заключенного Каткова Евгения Петровича.

... Ваше Святейшество, хочу Вас также поблагодарить от всей души за все, что Вы для меня сделали, за Ваши внимание и участие. Я также хочу поблагодарить Вас и помянуть с великой благодарностью бывшего настоятеля храма Преображения Господня отца Федора, и поблагодарить за него Вас. Когда у Церкви есть такие люди, милость Господня снизойдет на нее во всей своей красе и благодати. Через Вас я получил веру в Господа, и вера - это все, что у меня есть, и за это я тоже Вам премного благодарен, и из всех своих сил и возможностей я буду стараться преумножать ее...

 

* * *

Сами мы из Сибири, из города Канска - моя мама, старшая сестра и я, но в настоящее время живем в доме отца Федора в Сергиевом Посаде. Раньше в этом доме жила Анна Власовна, сестра владыки Анатолия. Пока она была жива, батюшка просил нас ухаживать за ней, а как умерла, то остались мы присматривать за этим домом.

Батюшка Федор сильно всегда заботился о моем здоровье, очень переживал и все время привозил мне много разных фруктов. Однажды, помню, мы завели козу. Я заболела воспалением легких, и мне нужно было пить молоко. В это время приехал Владыка Анатолий. Как раз когда он был дома, коза отвязалась и пошла грызть яблоню. Владыке это не очень понравилось. Тут же был и отец Федор. Заметил он недовольство Владыки и говорит ему: "Владыка, Анечка так болеет, ей так нужно козье молоко". И Владыка ему ответил: "Ну, хорошо, хорошо. Пусть живет коза".

Отец Федор, наверное, мысли читал у каждого человека, даже самые мелкие. Когда Анна Власовна умерла, надо было что-то делать с ее вещами. И вот он пришел, и я спрашиваю: "Батюшка, что вот с этим делать?". Он прошел, посмотрел, говорит: "Все раздавайте". А у меня такая мысль: там был такой красивый материал, как бы мне хотелось что-нибудь из него сшить! Но я ведь не могла ему так сказать. И тут он подходит к шифоньеру, открывает дверку, где лежит этот материал, и говорит мне: "А вот это себе оставишь!"

И еще много у меня с ним было таких случаев. Последний случай был уже после его смерти. Всегда говорили, что отец Федор имеет дар благословлять на брак. Кого он венчает, кого благословляет - очень счастливо потом живут. Мне еще только семнадцать лет, и вступать в брак я еще не думала. Но когда он умер, у меня такая мысль: "А как же я?! Что теперь со мной будет, батюшка Федор?!"

И снится мне сон. Будто выходит он из алтаря и благословляет мне одну просфору, а потом немножко порылся в кармане, достает вторую и благословляет мне две просфоры. Я как проснулась, поняла, что отец Федор меня не оставил. Одну меня он никогда не оставит.

Анна Маршинина

 

* * *

Первый раз мы с мужем пришли в храм в 1996 году. Тогда же первый раз исповедовались у отца Федора. Батюшка с такой любовью принял нас, что это повлияло на наше воцерковление и на всю нашу дальнейшую жизнь.

Когда батюшки не стало, то показалось, что мир опустел, стал хуже.

Мы не были духовными чадами батюшки Федора, но очень его любили, да и сейчас любим.

Муж очень хотел еще ребеночка, но после родов нашего малыша я перенесла серьезную операцию, и надежды иметь еще детей у нас практически не было. Одни знакомые, еще при жизни батюшки Федора, советовали нам подойти к нему и попросить благословения на зачатие, но я очень стеснялась и никак не соглашалась. Когда же батюшки не стало, муж все-таки уговорил меня подойти к могилке батюшки и попросить его благословения на зачатие ребеночка. Мы так и сделали, пошли вдвоем с мужем. Через некоторое время я забеременела и родила мальчика. Назвали мы его Федей.

Владимир и Валентина Каневские

 

* * *

Я работаю регентом в одном из московских храмов. Конечно, знала и любила отца Федора. Он меня вырастил и воспитал как, наверное, не один десяток приходских детишек. Тяжело переживала смерть любимого батюшки. Поэтому для меня, как и для многих прихожан Преображенского храма, память вмч. Феодора Стратилата - особый день. Обрадовалась, когда узнала, что в этот день работаю - значит смогу помолиться за батюшку особо.

Пришла в храм пораньше, стихиры разметила с особенной тщательностью. Началась служба - и все пошло наперекосяк. Всех как подменили. То певчие глас перепутают, то я вместо одного слова читаю совсем другое! К середине службы руки у меня опустились - не знаю, что и делать. Обратилась за помощью к батюшке: "Батюшка Федор, если ты силен перед Богом, помоги мне благоговейно и хорошо спеть службу твоему святому".

Задаю тон, а сама боюсь - сейчас опять всю стихиру "передернем". Но ни одной ошибочки больше не было. До конца службы все пели очень стройно и хорошо.

Я благодарила Бога и батюшку Федора за эту явную помощь. Стараюсь теперь впредь всегда просить его помощи в служении Богу.

Д-С.

 

* * *

Мы переехали в Плесково. Сам переезд туда - тоже чудо. Наш папочка погиб по дороге в Плес Ивановской области, и вот теперь по его молитвам очутились мы в Плесковом Московской области. Детки мои стали ходить в местную школу, а требования там очень высокие. По окончании учебного года во всех классах введены экзамены. У Любочки, ученицы 7-го класса, должен быть экзамен по физике. В городской школе этот предмет ей не очень давался, а тут - экзамен. Разволновалась моя девочка, боится провалиться.

Дня три прошло в волнении, а на следующий день утром подходит Любочка ко мне и шепчет на ухо: "Мамочка, у меня голос пропал". Да так тихо говорит, что еле слышно, даже если вплотную приложиться к ней ухом. День молчит, второй, ... неделю, вторую, третью. Стал болеть желудок - обострение панкреатита, поднялась температура. Решили ехать в Москву.

Бабушка за это время вся "измолилась", плакала очень, обошла все святыни: побывала у святителя Алексия, у преподобного Алексия Мечева.

Приехали мы в Москву на Вербное воскресенье. В Великий понедельник 2002 года, 32 день Любочкиной болезни, сдали анализы и на следующий день должны были идти по врачам. Утром в Великий вторник моя Любочка вбегает ко мне и громким голосом почти кричит:

- Мамочка! У меня голос появился! Стоит передо мной, от напряжения даже на цыпочки поднялась. Я поверить от радости не могу.

- Ну-ка, скажи мне что-нибудь!

- Мамочка, что сейчас было! Ночью приснился мне папочка. Будто пришел он домой как обычно после службы и спрашивает: "Что, Любочка, все болеешь?" Я ему говорю: "Да, папочка". А он: "Любочка, ты так больше не переживай. Все будет хорошо", - и провел рукой мне по горлу. От этого стало так тепло, что я даже проснулась, "прочистила" горло и заговорила.

...На дворе Страстная седмица, а у нас дома Пасха! Столько радости было! Детки все почувствовали близость папы, что он с нами рядом.

Галина Соколова

 

* * *

В первую Пасху после ухода из жизни отца Феодора на месте гибели батюшки Приходским советом было решено установить памятный крест. С этой целью небольшая группа прихожан нашего храма на автобусе, кто мог - на своих машинах отправились в Ивановскую область. Еще накануне я освятил крест, рабочие приготовили все для его монтажа на месте установки, и прихожане наши двинулись в путь. Я был в командировке в воинской части, расположенной неподалеку, поэтому присоединился к паломникам позже.

Утро того дня выдалось безоблачным и обещало замечательный день, но к обеду, когда крест был уже установлен, сразу два грозовых фронта встретились над нашими головами. Облачившись, я начал служить панихиду пасхальным чином в момент, когда из черных клубящихся туч раздались первые раскаты грома, и редкие капли начинающегося дождя застучали по зонтам и нашим головам. Молнии и солнечный свет, лившийся из чистой полоски неба на горизонте, прибавляли к чувству скорби ощущение необычности происходящего, чего-то "небесного".

Служба началась в присутствии лишь наших паломников, но постепенно к нам стали присоединяться проезжавшие по трассе люди. Совершенно незнакомые, не знавшие батюшку священники, диаконы, просто христиане приняли участие в панихиде. Водители, миновавшие нас без остановки, понимая, что за события происходят на обочине, замедляли ход и длинными гудками отдавали честь погибшим.

Под пение "Христос Воскресе", которое подхватили все молящиеся, я начал службу. Все славили воскресшего Христа, пели о торжестве жизни над смертью у места гибели людей. Какой соблазн для души неверующей, окажись она рядом!

На 6-й песне канона, обходя с кадилом крест, я вдруг почувствовал, что на меня кто-то смотрит снизу. Опускаю взгляд и вижу на земле иконочку Спасителя! Ту самую, что была прикреплена к приборному щитку машины, в которой ехал батюшка!

Только что наши прихожане буквально ощупали здесь каждый сантиметр: в радиусе нескольких метров еще видны были следы аварии - осколки стекол, обломки красного подфарника, но ничего кроме ленточки-закладки для служебника или Евангелия найти не удалось. А еще раньше, сразу после катастрофы, это место также тщательно было обследовано, и никто не обнаружил иконочку. Пять минут назад здесь работали наши ребята: вкапывали основание для креста, заливали все бетоном, покрывали дерном и тоже не заметили ее.

Сам Господь вел отца Феодора земными стезями, и иконочка Спасителя сопровождала батюшку по дорогам России. Проводив дорогих нам отца Феодора и Юру до врат небесных, она вернулась к нам, чтобы и мы перед ней молились. Не случайно явление ее произошло только теперь, во время панихиды.

Пролежав в снегу с февраля месяца в вешних талых водах, под солнцем начинающегося лета, иконочка была как новенькая. Чудесное ее обретение мгновенно изменило наше состояние. Печаль, может быть, даже уныние, сопровождавшие нас, вдруг исчезли. Словно какой-то лучик света пронзил всех нас; стало как-то легко и радостно! Христос ведь воскрес, значит, и наши отец Феодор с Юрой живы! Именно об этом находка всем нам говорила.

Вернувшись в Москву, я служил в нашем храме литургию. Вместе с иконами святых того дня (свв. Константина и Елены) на аналое лежала и эта иконочка. Во время проповеди я рассказал обо всем, что пережили мы, устанавливая памятный крест, как обрели иконку, на которую, возможно, бросили последний взгляд наш батюшка и Юра перед страшным ударом, породившим мгновенную смерть на земле и жизнь вечную в обителях небесных. И прихожане молитвой и целованием воздавали честь так чудесно явившемуся нам образу.

Иконочку я там еще, в Ивановской области, передал на хранение Жене Белобородовой, вдове Юры (матушки Галины не было). Не могу забыть, каким счастьем светилось ее лицо, как улыбалась она, держа иконку перед собой. Теперь этот образ хранится у нее дома, является ее домашней святыней, но на все значительные торжества, связанные с памятью отца Феодора, Женя приносит его в храм.

Иерей Константин Татаринцев

 

* * *

Об отце Феодоре я впервые услышал от моего друга Максима Запальского еще во время работы в Даниловом монастыре. Мы с Максимом вместе сидели в одном кабинете и все друг про друга знали. Он тогда еще только собирался рукополагаться, а отец Феодор взял на себя труд ходатайствовать за него перед священноначалием. Как-то раз издали видел отца Феодора в монастыре. Обратил внимание на его внешность, статность - вот, собственно, и все мои с ним "встречи".

Вскоре в моей жизни произошли большие перемены. По благословению духовника я стал готовиться к рукоположению. Из монастыря с хозяйственных работ ушел, стал алтарничать в Покровском храме в Измайлово, там же был чтецом. Однажды во время службы услышал о том, что тот самый батюшка, которого я мельком видел в Даниловом монастыре, разбился на машине. Очень мне стало жаль его матушку, деток. От отца Максима я знал, что семья у него большая - девять человек детей. Помню, я тогда канон читал, и как-то особенно о нем помолился.

Потом начались мои приключения с рукоположением. Жизнью в Москве я тяготился, и поэтому очень меня обрадовал ответ отца Кирилла (Павлова), когда приехал к нему за благословением - искать место где-нибудь в области. В Московской области почему-то не получилось. Стал звонить в соседние епархии: в Тульскую, Рязанскую - и там без результата. Было это просто удивительно; я знал, что священнических вакансий много, и по формальным признакам (рекомендации, послужной список, характеристика) я вполне мог рассчитывать на место, но что-то не складывалось. Тогда духовник мне посоветовал ехать в Ивановскую область. Я созвонился с секретарем епархии, взял документы и поехал.

Пришел знакомиться с архиепископом Амвросием, зашел к нему в кабинет и буквально через минуту вышел с предложением рукополагаться к храму в Вязовское. Это тоже было странно. Обычная практика в епархии - до рукоположения ставленникам предлагается поездить по области и выбрать себе место по душе. Ивановская область очень бедная, разоренных храмов много, поэтому я ждал, что мне тоже предложат выбирать, но все получилось иначе.

Я спросил владыку: "Как мне понимать Ваши слова? Это Ваше пожелание или благословение?" Он ответил: "Благословение. Но ты все-таки съезди туда, посмотри, потом мне расскажешь". И я отправился смотреть место, которое уготовил мне Господь.

В тот же день я понял, почему владыка послал меня, семейного, с двумя маленькими детьми, в маленькое село Вязовское, где всего-то 10 дворов, из которых 6 - дачники, это притом, что были приходы и с большими селами.

Место удивительно красивое, покойное, но буквально в полукилометре от села, стоящего между двумя городами Иваново и Фурмановым, - городская свалка. Если ветер дует не со свалки, то кажется, что ты в раю, но стоит ему изменить направление, как тут же возвращаешься на землю. Я мечтал осесть где-нибудь в селе, служить Богу, как-то кормиться от своих трудов на земле, но и представить себе не мог, что будет это место рядом с помойкой. Очень расстроился: ведь у меня семья, маленькие дети, а тут ни школы, ни прихода, и постоянная вонь от горящих пластиковых бутылок. Храм есть, и вполне в приличном состоянии, красивый, но все остальное меня привело просто в уныние.

Вышел из села, собрался ловить попутку. Думаю: "Надо возвращаться. Наверное, придется отказаться". Смотрю, на обочине дороги крест деревянный стоит. Что-то меня подтолкнуло подойти, посмотреть, что там написано. Продрался сквозь заросли крапивы, подхожу к кресту, разбираю надпись на церковно-славянском языке... и тут меня, охватывает благоговейный трепет.

… Я стоял, глубоко потрясенный, перед поклонным крестом, на котором было написано, что на этом месте погиб протоиерей Феодор Соколов и раб Божий Георгий. Тут же уложились в единую картину события последних месяцев моей жизни: рассказы отца Максима об отце Феодоре, препятствия к рукоположению в других епархиях, благословение духовника ехать в Иваново, скорое и решительное назначение меня сюда. Чувствую - здесь мое место, но дети... Всем сердцем взмолился я Богу: "Господи, ну как же так? Ведь у меня малые дети, а здесь помойка?!"

Приехал в Иваново, все рассказал владыке, он только ахнул. "Ну вот, - говорит, - смотри сам". Я согласился с назначением в Вязовское и стал готовиться к таинству рукоположения.

Первые дни после этого - особое состояние, сугубая благодать, помощь Божия во всем. В те дни я особенно остро ощутил помощь отца Феодора. В моменты уныния или сомнений мне вдруг приходили знаки его "внимания". После рукоположения я отпросился у владыки служить сорокоуст в Даниловском монастыре. Владыка благословил, хотя и не любил отпускать священников в Москву. "Столица отвлекает", - говорил он, но меня отпустил сразу.

Успенский пост, литургия отошла. Вышел из монастыря, иду вдоль стены и думаю свою грустную думу: "Как жить? Как устраиваться в Вязовском? Что сказать жене, как ее убедить ехать жить с детьми у помойки?" От мыслей этих приуныл и не заметил, как поравнялись со мной две молодые женщины, по виду мама и дочь. Неожиданно одна из них вдруг обратилась ко мне:

- Батюшка, возьмите шоколадку, - наверное, у меня был очень грустный вид.

Я взял, поблагодарил и думаю: "Надо бы помолиться о них". Спрашиваю:

- Как вас зовут?

- Две Татьяны. Мы из храма Преображения Господня, может быть, слышали? Там еще настоятелем был протоиерей Феодор Соколов, который разбился на машине в день своего Ангела.

Знали бы они, что мне сказали! На душе у меня в ту же секунду стало так тепло, так хорошо! Набираю в грудь воздуха и говорю им:

- А меня зовут отец Андрей. И знаете, где я служу? В Вязовском, на месте гибели отца Феодора.

Тут пришел их черед удивляться!

В тот приезд я познакомился с матушкой Галиной, вдовой отца Феодора, которая приняла живейшее участие в судьбе храма в Вязовском. С ее помощью нашлись люди, готовые оказать поддержку храму, материально обеспечить возможность восстановить в нем регулярные богослужения. Более года он стоял закрытым.

"Справился" отец Феодор и со свалкой. Его молитвами она закрывается. Вернувшись в Иваново, я узнал, что лицензия на вывоз городского мусора заканчивается в 2001 году, и принято решение ее не продлевать.

Ощущая поддержку отца Феодора, я уже начал сомневаться: не впадаю ли в прелесть? И в самом деле, отец Феодор - простой священник, а помогает, как святой. Пошел на исповедь к духовнику, рассказал о своем смущении и услышал в ответ: "До прелести ты пока не дорос, а отца Феодора я знал. - И, помолчав, добавил. - Что ж, все может быть..."

Иерей Андрей Кашинцев

 

* * *

Я, священник Николай Еременко, настоятель храма Благовещения; Пресвятой Богородицы в городе Вуктыл Сыктывкарско-Воркутинской епархии, свидетельствую о следующем.

Мне никогда ранее не доводилось слышать о протоиерее Феодоре Соколове. Однажды, будучи в командировке в Москве, я зашел к своим знакомым в гости, но попал в их дом в печальное время - месяца через два после похорон отца Феодора. Рассказ о нем очень тронул меня, и мне захотелось побывать на его могиле. Друзья - москвичи отвели нас с супругой, матушкой Надеждой, в храм Преображения Господня в Тушино. День был субботний, мы помолились за богослужением, а потом пошли на могилу к батюшке.

Я подошел к могиле отца Феодора, и когда приложился к кресту, почувствовал нечто такое, чего раньше никогда в своей жизни не переживал. От креста, от могилы веяло невыразимым теплом. Я вдруг ощутил себя человеком, близким отцу Феодору, словно мы были с ним давно знакомы.

Не хотелось уходить. Постоял немного в раздумье, даже в некотором смущении - как это так может быть, чтобы благодать Божия так явно ощущалась не на гробе прославленного святого, а у могилы обычного человека. Потом мы супругой обсуждали увиденное, и оба удивлялись совпадению ощущений.

На прощанье наши друзья подарили нам книгу Натальи Николаевны Соколовой, мамы отца Феодора, "Под кровом Всевышнего" и видеокассету "Пастырь добрый". С этими драгоценными дарами мы вернулись в Вуктыл.

Делясь впечатлениями от поездки в Москву, я рассказал своим прихожанам о том, что видели мы с матушкой, об отце Феодоре, о книге Натальи Николаевны. Не знаю, чем объяснить, но после моего рассказа очень многие прихожане как-то особенно расположились к отцу Феодору, стали просить дать им почитать книгу Натальи Николаевны, скопировать фильм, а после одного эпизода в жизни нашего прихода в своих домашних молитвах стали обращаться к нему за помощью.

Милостью Божией, добрым расположением к храму наших вуктыльских жертвователей набралась у нас сумма, необходимая для приобретения очень дорогой богослужебной утвари. Я заболел, не мог сам поехать в Москву за ней. Выписал доверенность на имя водителя, и он с напарником отправился в Москву в Софрино. Получили они по документам что полагается и в тот же день двинулись обратно. Кроме нашего заказа везли они и другой груз, по дороге нигде не останавливались, но при разгрузке в одном из храмов произошло досадное недоразумение, в результате которого наша утварь пропала.

Не один месяц провел я в бесплодных попытках разыскать ее. Дошел до нервного истощения, лежал дома. Как-то однажды дома я случайно бросил взгляд на видеокассету с фотографией отца Феодора на обложке и неожиданно для себя взмолился: "Отче Феодоре! Ты у Престола Божия находишься, попроси там, чтобы нашлась наша пропажа".

Горячо так помолился и вдруг почувствовал, что на душе стало спокойнее, будто я уже знаю, где находятся пропавшие вещи. А на следующий день все открылось, и в скором времени мы получили их обратно. С того случая укрепилась во мне вера в молитвенную помощь батюшки.

К сказанному хочу добавить, что возникшая связь между нашими приходами не умаляется, а крепнет. Знаю, что многие прихожане храма Преображения Господня молятся о дальних своих собратьях вуктыльчанах. По мере возможности помогают нам и материально: собирали пожертвования на золотые кресты для нашего храма. Вуктылицы тоже не забывают своих москвичей и молятся за них. В этой дружбе, скрепленной молитвенным участием отца Феодора, я вижу залог крепости и единства нашей Церкви.

Иерей Николай Еременко

 

* * *

С выходом в свет настоящего издания работа над воспоминаниями об отце Феодоре не прекращается. Уже после подготовки книги в печать к ее составителям поступили новые материалы. Со временем, если будет на то воля Божия, они также дойдут до читателя.

 

Содержание

 


Copyright © 1999 - 2017 г. Священник Антоний Коваленко