Дар любви

Содержание

Александр и Елена Михайловы

 

  Батюшка запомнился нам очень светлым, лучезарным, радостным, родным человеком, любящим отцом. Он необыкновенно умел согреть, ободрить. Нас он всегда вдохновлял на творчество, на какие-то послушания и не просто указывал, а именно вдохновлял. Он обладал таким даром.

Имя Феодор в переводе с греческого языка означает Божий дар, и все мы, кого одарил Господь встречей с отцом Феодором, счастливые люди. Этот дар распространился на нас. Не будь этой встречи, мы бы не знали, что такое возможно.

Да, батюшка сыграл в нашей жизни очень важную роль. В недавнем прошлом мы оба актеры, но, обратившись к вере, оставили сцену и думали, что навсегда. Стали певчими в храме, но в начале 90-х годов мы снова выходим на сцену, но уже в другом качестве - как исполнители духовных песен. По благословению отца Федора нами были записаны три аудиокассеты, поставлено два спектакля, вошедших в концертные программы, с которыми мы неоднократно выступали. И произошло это после того, как батюшка благословил нас спеть перед Святейшим Патриархом Алексием.

В день освящения Никольского придела нашего храма, после освящения и литургии все собрались в вагончике, служившем в то время трапезной. Были накрыты столы. Мы также были приглашены к столу, но кусок в горло не лез. Отец Федор еще накануне попросил нас спеть что-нибудь за трапезой. Он именно попросил (он вообще очень редко приказывал, настаивал), так и сказал: "Если вы, конечно, хотите".

И вот трапеза. На столах угощение: принесенная прихожанами домашняя еда (ведь кухни тогда еще не было), а главное - это теплая семейная атмосфера, которая, конечно же, создавалась и поддерживалась молитвами и любовью о. Федора. Вероятно поэтому Его Святейшество неоднократно посещал наш приход.

Настало время нашего выступления. Мы спели одну песню, вторую. Его Святейшество молча слушал, не поднимая глаз, а потом, когда мы запели песню монахини Антонии "Слава Богу за все", он посмотрел на нас и глаз уже не отрывал.

В этот момент произошло что-то удивительное. Все вдруг стали подпевать нам припев песни: "Слава Богу за все, слава Богу за скорбь и за радость", такое всех посетило вдохновение. И действительно, чувствовалась благодатная атмосфера. А отец Федор смотрел на всех и улыбался.

Тогда мы действительно благодарили Бога за нашу радость, но нам и в голову не могло прийти, какая посетит нас скорбь...

Когда песня кончилась, Святейший Патриарх обратился к нам с неожиданной просьбой: "Ребята, запишите мне кассету". Тогда-то впервые у нас возникла мысль сделать запись. С тех пор нам удалось записать три кассеты. И все это - конечно же, стараниями и молитвами нашего батюшки, его благословением.

Отец Федор поддерживал, вдохновлял, укреплял нас так же в организации второго хора в храме. Это ведь основное наше дело. Наши духовные песни - это отражение нашей жизни, а сама жизнь - служение в храме.

Начинался хор всего с четырех человек: я (Елена Михайлова) - регент, Саша и еще двое певчих, а теперь у нас двенадцать человек. Причем, хор наш вырос до статуса, абсолютно равного основному хору. А в пору его становления было всякое: то певчие уходили на сессию, кто-то увольнялся - в общем, состав менялся. Часто руки опускались, но отец Федор не давал упасть духом.

Особое внимание батюшка уделял пению стихир. Неизменяемые одни и те же песнопения можно выучить и петь очень хорошо, а стихиры каждую всенощную разные. Традиция пения стихир "на подобны" на многие годы исчезла из храмов, но в Свято-Тихоновском институте забытую, было, традицию возродили. Мы оба там учились и в пору своего студенчества с увлечением занимались пением стихир на подобны. Батюшка с радостью принял эту традицию и всегда ее поддерживал.

Бывало, смотрим - по уставу опять подобен. Ну, опять, думаем, столько времени на него нужно будет потратить. Ведь это же надо выучить мелодию и на нее разложить слова. А батюшка после службы скажет: "Ах, как вы спели подобен! Так подробно". Ну как после этого в следующий раз опять не учить!

Пожалуй, основным богатством личности отца Федора было огромное любвеобильное сердце, вместившее всех нас. Он знал всех по имени, помнил, когда у кого день Ангела и никогда не забывал поздравить. Скажем, на день памяти св. равноапостольной царицы Елены после литургии он приглашал всех храмовых Елен на солею. Выходим мы: тут и малярша, тут и повариха, и с клироса две Елены, псаломщица Елена. Нас всех поздравляют, преподносят от храма цветы, просфору, о каждой говорится слово и каждой потом батюшка от себя лично дарил какой-нибудь подарок. Эти подарки всегда были для всех одинаковыми. По-видимому, для того, чтобы никому из нас не пришла в голову мысль, что кого-то отец Федор любит меньше, кого-то больше. Как-то раз он подарил нам бусы из полудрагоценного камня, но всем разного цвета. Эти бусики красненькие до сих пор у нас хранятся.

Однажды Саша не смог прийти в храм в день своего Ангела. А батюшка ему потом говорил: "Саша, что же ты не пришел? Ведь я же тебя с букетом роз ждал!" Такая любовь, такое внимание к каждому человеку!

В одной из песен, которую мы записали с его племянницей, Анечкой Соколовой, аккомпанирующей нам на скрипке, есть слова: "Храм Твой, Господи, на небесах, но земля тоже Твой приют". И батюшка, не покладая рук, трудился в этом "приюте". Он делал все, что только было в его силах, чтобы доставить другому радость, помочь в чем-то. Заболевал ли кто - он искал возможность отправить его к верующему, православному врачу. Возникала ли какая-то проблема, которую можно было решить только с участием других людей - он знакомил их. Через него мы познакомились с очень многими хорошими людьми. Он умел объединить всех вокруг себя. Пастырь добрый - иного не скажешь.

Отец Федор был отцом большого семейства, но в его семью входили не только родные дети. Все малыши и школьники, посещающие воскресную школу, и подростки, ощущающие себя взрослыми, - все были его детьми. Ни один праздник не обходился без батюшки, все проходили при его активном участии. Это, конечно, было незабываемо.

В воспитание приходских детей, точней, корректное, незаметное для родителей участие в воспитании их детей, отец Федор привносил частичку своего дара - нежной, отеческой любви. В его семье девять человек детей, и ни один не был обделен лаской, теплотой, вниманием.

Посещая дом батюшки, мы всегда поражались тишине и покою, царившим в нем. Как-то однажды пришли, вдруг слышим непривычный шум: кто-то что-то разбил. И вот батюшка, напуская на себя строгий вид, обращается к детям: "Кто там что натворил"? Виновник события, трехлетний сынишка, подходит к папе и не знает, что говорить. На помощь приходит мама: "Ну, Вовочка, что нужно сказать папе? Папа, прости". Вовочка просит прощения, и напряженность исчезает. Возникает умилительная сцена: ребенок целует папу, папа целует сына. Так маленькое происшествие вылилось в урок для всех присутствующих.

Была еще ситуация, когда этот же Вова на каком-то празднике громко сказал:

- Купите мне ружье.

Все смотрят на него, спрашивают, зачем оно ему?

- Я буду дом охранять.

- Вовочка, наш дом охраняет Пресвятая Богородица.

Ты не волнуйся, молитвами папы мы защищены, - говорит мама.

Он продолжает настаивать: "Купите мне ружье".

- А что ты с ним будешь делать? - спрашивает его отец Федор.

- Я пойду на войну, буду вас защищать.

Тогда батюшка его спрашивает:

- А ты у нас спросишь разрешения?

-Да.

- А если мы тебя не отпустим, пойдешь на войну?

- Останусь - подумав, ответил малыш.

Этот эпизод, явивший удивительное послушание трехлетнего ребенка, был наградой родителям за терпение и любовь.

Батюшка очень любил, чтобы у детей было детство. И в первые годы нашего знакомства мы приходили к нему в дом как Дед Мороз и Снегурочка, чтобы поздравить его деток с Рождеством. Мы пели Рождественский тропарь, крестились. И потом все дети переговаривались: "А Дед Мороз-то верующий"!

Отец Федор очень любил наши детские песни и всегда просил, чтобы мы исполняли их на праздниках. Пятилетие храма у нас отмечалось служением Святейшего Патриарха, после чего была трапеза. Как и пять лет назад, Святейший разделил с нами радость маленького юбилея и вновь сидел с нами за столом.

Когда мы обсуждали с батюшкой, что нам спеть, он вдруг сказал: "Исполните ваши детские песни". Мы удивились немного, раньше мы их пели, как правило, перед детской аудиторией, а тут - перед Патриархом..., но за послушание спели. После трапезы отец Федор послал нас к Святейшему Патриарху за благословением, и Его Святейшество, сказав нам несколько теплых слов, благословил на издание второй кассеты, которую мы назвали: "Пойте, детки, Господу".

Не раз по просьбе отца Федора нам приходилось выступать перед военными и перед служащими в правоохранительных органах. Очень запомнился наш последний концерт, который состоялся в Таможенном управлении. Перед Новым годом батюшка пригласил нас поехать с ним туда и выступить перед офицерами с новогодним поздравлением. Сам он тоже хотел поздравить таможенников с праздником, но решил сделать это в необычной форме.

- Как вы думаете, - советовался он с нами, - если я прочитаю стихотворение Александра Солодовникова "Смотря на детей"?

Мы говорим:

- Очень даже хорошо.

- А уместно ли будет?

- Конечно, уместно!

И он прочитал это стихотворение:

 

Смотря на детей

Мальчик мой милый

в коротких штанишках

Я ухожу, а ты остаешься.

И будут твердить тебе

устно и в книжках

Что ты перестройки

всемирной добьешься.

Что ты полетишь на другие планеты,

Поставишь на службу

расщепленный атом,

У космоса новые вырвешь секреты

И сделаешь мир

бесконечно богатым.

Что ты чудодействием техники

брызнешь

На все, что подвержено,

Смерти и Горю,

И люди придут к ослепительной жизни

Не где-то, когда-то, а близко и скоро.

Мой милый, мой бедный,

доверчивый мальчик,

Все это - игрушки, твое обольщенье.

Чем дольше играешь,

тем дальше и дальше

Отводится миг твоего просветленья.

Но смерть приведет этот час за собою.

Поймёшь ты, да поздно,

уж силы иссякли,

Что целую жизнь ты бессмысленно

строил

Удобное кресло к финалу спектакля.

Что путь твой был предков

извечной тропинкой,

Что двигался, дедов своих

не догнав ты,

Хотя они шли в большинстве

по старинке,

А ты пролетел в корабле астронавта.

И вот уже Смерти всеобщие двери!

Войдешь в них и ты

со всемирным течением,

И скажешь: Зачем я,

зачем я не верил,

Что жизнь -

это к вечности приготовленье.

Зачем не собрал я богатство другое -

Сокровища сердца! Они б не иссякли,

Ведь целую жизнь

ты бессмысленно строил

Удобное кресло к финалу спектакля.

 

Только когда его не стало, мы, вспомнив это выступление, подумали - ведь это же он с нами прощался: "Я ухожу, а ты остаешься"...

Можно с уверенностью сказать, что батюшка за довольно короткий срок сумел собрать эти сокровища сердца. Он жил по-евангельски, по заповедям Божиим и для всех нас был примером любви к Богу, устремленности к Нему, служения Ему. Своей жизнью батюшка исполнил слова Спасителя: "Ищите же прежде Царствия Божия и правды Его, и это все приложится вам" (Мф. 6, 33).

 

Содержание

 


Copyright © 1999 - 2017 г. Священник Антоний Коваленко