село ГРЕБНЕВО - город ФРЯЗИНО

3. ХV - ХVI вв.

3.4 Церковь Гребневской иконы Божией Матери в Москве






 

 Историки склоняются к мысли, что название села Гребнево связано с Гребневской иконой Божией Матери, которая в Москве вначале находилась в Успенском соборе Кремля, а 28 июля 1472 года была перенесена торжественным крестным ходом в специально построенную на Лубянке деревянную церковь. (Затем дерево заменил камень, а к церкви пристроили приделы великомученника Иоанна Нового Белгородского и Димития Солунского. При протопопе Стефане Ананьине, в 1710, приделали трапезную, а ней устроили придел преподобного Сергия Радонежского).

Эта - в начале деревянная - церковь была построена по повелению великого князя Ивана Васильевича (Третьего), возвратившегося из похода на Новгород Великий. Успешный для великого князя и плачевный для новгородцев поход. Независимость и свобода Новгорода были в значительной степени утрачены. Новгородцы не сумели свою свободу отстоять с оружием в руках. Впрочем, для общего блага страны, возможно, и не следовало им держаться за независимость, ведь России предстояли еще многие битвы: и во имя освобождения от татарского ига, и для обороны от соседей-агрессоров.

Другие историки считают, что храм был построен сразу из камня при Василии III специально для Гребневской иконы Божией Матери из кремлевского собора, примерные годы построения - 1514-1521. Иоанн Грозный также чтил эту церковь: его вкладом считается деревянная резная сень над главным престолом, и придел Дмитрия Солунского, возможно, построенный в честь рождения царевича Димитрия, около 1585 г.

Гребнево мы находим в 1623 году во владении князя Дмитрия Тимофеевича Трубецкого. Интересно, что в его жизни московский храм Гребневской иконы Богоматери уже встречался. Платон Бекетов пишет: "прошел слух о том, что Король Польский идет к Москве. Раздоры между Трубецким и Пожарским решено прекратить и поляков все же из Москвы выгнать. Слух о приближении Короля заставил их решиться на взятие соединенными силами приступом Китай Города, а потом и Кремля. Намерение их произведено в действие 1612 года 22 октября. В сей достопамятный день подступило войско князя Трубецкого от церкви Гребневской Богоматери к Сретенским, что ныне Никольские, а от Спаса, что на Глинищах, к Ильинским воротам. Князь же Пожарский от Арбатских ворот подошел к самому Кремлю и стал близ Каменного моста". Староста польский Струсь Хельминский "видя совершенное изнурение от голода и неминуемую погибель осажденных, решился наконец сдать Кремль, почему и послал к князьям Трубецкому и Пожарскому с предложением о сдаче, испрашивая только пощаду жизни, что и обещано, после сего он и сдал Кремль безусловно."

Напомним, что Никольские-Сретенские ворота Китай-Города ныне снесены, а были они в том месте, где Никольская улица соединяется с Лубянской площадью. Как раз напротив Никольских ворот (через площадь) и находилась церковь Гребневской иконы Богоматери.

В 1687 году случился пожар, храм объят пламенем, причем икону не успели вынести из церкви. Но, как утверждает летописец, образ сохранился, чудесно "обретеся на воздусе".

В 1711 году, по повелению сестры Петра Первого царевны Наталии Алексеевны храм был обновлен, а точнее построен новый. Временно икону перенесли в село Преображенское. После восстановительных работ икона была торжественно возвращена на прежнее место. Царевна лично сопровождала ее.

"В 1737 г., когда Москва превратилась в огненное море, когда пламя лилось из западной части Белого города через Кремль и Китай-город в северо-восточную и все истребляло в своем потоке, Гребневский храм остался цел." ([94], т.II, с.256).

В 1812 году горела вся Москва, но храм остался невредимым.

В 1927-1935 гг. храм был снесен, некоторые иконы оказалась в запасниках Третьяковской галлерии. На месте храма сейчас здание КГБ рядом с книжным магазином. В том же здании - музей Маяковского, куда перенесена плита с могилы поэта Василия Тредиаковского, найденная при земляных работах.

Статья о церкви Гребенской или Гребневской иконы Божией Матери помещена в книге Ивана Кузьмича Кондратьева "Седая старина Москвы", изданной в 1893 г. и переизданной в 1996 г. ([52], стр.269).

Церковь "находится при входе на Мясницкую улицу с Лубянской площади, по правую сторону. Она построена сперва деревянной во имя Успения Богородицы, великим князем Иваном III в 1472 г. в память покорения Новгорода. Прежде церковь носила называние Успения на Бору, название же Гребенской или Гребневской Божьей Матери получила от чудотворной иконы, поднесенной Дмитрию Донскому жителями города Гребня и ставлена прежде в Успенском соборе. Иван III брал эту икону во время похода на Новгород, после чего украсил ее серебром и драгоценными каменьями, на киоте велел написать акафист Богородице в похвалу ее и благодарение за дарование ему сына Василия, а поставил икону во вновь созданном им храме. Икона эта была ознаменована впоследствие многими чудесными событиями. В 1612 году русские дружины отразили поляков. В 1687 году церковь Гребневской Божьей Матери была объята пламенем, так что не успели вынести и самого образа, но он "внезапу обретеся на воздухе". Каменная церковь, где настоящий престол Успения Божьей Матери и два придела Иоанна Нового, Белградского, и преподобного Сергия Радонежского построена царем Иваном IV Васильевичем, также после возвращения из Новгородского похода. Церковь древней архитектуры и мала, внутренность церкви представляет собой нечто мрачное и весьма древнее. В трапезной храма погребен первый русский математик и сочинитель арифметики Леонтий Филиппович Магницкий, любимец Петра Великого. Тут же, в 1880 году, при перестройке, найден надгробный камень с могилы известного профессора Василия Тредиаковского. При входе в храм есть две надписи с царскими орлами, гласящие, по какому случаю храм воздвигнут и возобновлен. Возобновление совершалось в 1711 году при Стефане Яворском, и в том же году церковь освящена".

Именно Стефан Яворский и был, вероятно, автором "Сказания о Гребневской иконе Божьей Матери". Он был рязанским митрополитом, затем многие годы, с 1702 по 1721, проживал рядом с церковью в Старом Рязанском Подворье. Там Стефан был местоблюстителем патриаршего престола, до учреждения Синода Петром Великим. Стефан - автор книги "Камень веры". Трудился над выверкой текста славянской Библии перед ее изданием. При Стефане Яворском настоятелем церкви Гребневской иконы Божией Матери был его брат Стефан Ананьин.

Необычное время, в которое пришлось жить этому деятелю русской церкви. С.Князьков [50] пишет: "Надо признать, что русская история может назвать немного еще лиц, которые бы жили и действовали в более трагической обстановке, чем та, в которой около 20 лет пришлось чувствовать себя митрополиту Стефану. Этому человеку, талантливому проповеднику, слово которого было "твердо и солию премудрости растворено", обладавшему богатырским голосом, высокому и видному, сильному писателю и самостоятельному оратору, не дано было выступать в жизни так же смело и решительно, как на церковной кафедре. Теоретик и ученый, митропотит Стефан чуждался всякого резкого и непосредственного столкновения с жизнью, и если был способен задеть кого-либо словом, то всегда воздерживался превратить слово в дело и до конца стоять за раз сказанное, противное мнению сильных. Сказав что-нибудь обличительно-грозное, митрополит Стефан останавливался и, в сознании собственной беспомощности, начинал буквально ныть и плакать перед носителями светской власти, жаловаться им на обидчиков, на нищету, на тайных врагов" (стр.438).

Так, митрополит Стефан в 1712 г. в горячей проповеди в Успенском соборе Кремля осудил введение Петром доносчиков- фискалов: "Закон Господень непорочен, а законы человеческие бывают порочны. А какой же то закон, например, поставить надзирателя над судом и дать ему волю, кого хочет обличить, да обличит: поклеп сложить на ближнего - вольно то ему. Не так подобает сим быти: искал он моей головы, поклеп на меня сложил, а не довел, пусть положит свою голову, сеть мне скрыл, пусть сам ввязнет в оную, ров мне ископал, пусть сам впадет в оный, сын погибельный"...([50], стр.169).

А на другой день "пишет царю смиренное письмо, где хотя и повторяет, что необычно и непристойно быть фискалом, но... при духовном суде только, и просит разрешить ему удалиться на покой и принять схиму".

"Трагизм положения митрополита Стефана в том и заключается, что он в глазах толпы, народа, общества, олицетворял великую и сильную своим прошлым, своим духовным значением идею, а на деле был всецело во власти державного и авторитета не имел никакого" ([50], стр.439).

Скончался он 27 ноября 1722 года, а отпет в церкви Гребневской иконы Божьей Матери. Следует простить ему некоторые несообразности в его "Сказании". Он старался, но ведь прошло так много времени, и не осталось ни документов, ни свидетелей времен Дмитрия Донского.

После смерти Стефана Рязанское Подворье занимали последовательно архиерейский дом, инвалидный дом, приют умалишенных, Тайная экспедиция розыскных дел (Степана Ивановича Шешковского), Горное управление, Никольские казармы, Библейское общество, духовная консистория. В советское время Подворье снесли, как и церковь. А ведь в церкви были погребены такие известные люди, как автор первого учебника по арифметике Леонтий Магницкий, учитель Петра Великого Никита Зотов, поэт Василий Тредиаковский.

Следует сказать, что в окрестных кварталах, жители которых приходили в церковь Гребневской Богоматери, во времена походов на Новгород были поселены выходцы из Новгорода, а затем и Пскова. Специалисты по топонимии пытаются и само название Лубянка также отнести к названию, перенесенному из Новгорода Великого: там было соответствующее название улицы - Лубяница. Церковь Софии на Кузнецком мосту, а точнее - на улице Софийке (в честь храма, сейчас - Пушечная, в память о пушечном дворе ХV - ХVIII вв.) была "в Псковичах" - ясно, что именно здесь жили переселенцы с севера, из Новгорода и Пскова. Эта церковь Софии Премудрости Божией, по сведениям синодального справочника, была построена в 1480 г. переселенцами из Новгорода.

 


Copyright © 1999 - 2017 г. Священник Антоний Коваленко