Домашняя страничка священника Антония Коваленко

Содержание

РАЗЛИЧИЕ ДЕТСКОГО И ВЗРОСЛОГО ДУХОВНОГО МИРОВОСПРИЯТИЯ

 

Преподавание основ православной культуры стало неотъемлемой частью образовательного процесса. Уже имеется и положительный, и отрицательный опыт. И, как во всяком новом (или хорошо забытом старом) деле, возникает много вопросов. 18 мая в Соборе Святой Троицы в городе Щелково собрались священники благочиния, педагоги светских и православных школ, преподаватели воскресных школ. Беседу вел иерей Антоний Коваленко - настоятель храма Казанской иконы Божией Матери села Богослово Щелковского района Московской области.

Ушло (или почти ушло) время, когда Церковь и светские органы образования спорили - преподавать ли духовные дисциплины в общеобразовательных школах или не преподавать. Резкое падение нравственности в светском обществе и опыт нравственного воспитания, сохраненный Церковью, принудили светское общество дать однозначный ответ, хоть и с опасным запозданием. Преподавать. Но с принятием этого решения возникли новые проблемы, которых ожидали, но решение некоторых найти оказалось крайне непросто.

Самой решаемой, как ни странно, оказалась проблема допуска духовной дисциплины в светское учебное заведение. Как не нарушить закон о свободе совести? Решение таково. Преподаватель должен хорошо понимать разницу между подачей информации и проповедью. Преподаватель имеет право и должен насколько возможно интересно и доступно рассказывать о христианстве, но не имеет права призывать к практике религиозной жизни. К примеру, можно и должно рассказывать о молитве. Но сказать: "Дети, а теперь встанем и помолимся" имеет право только преподаватель духовного учебного заведения - Воскресной школы, Семинарии, где обучаются люди, желающие практиковать выбранную религию. Преподаватель светского учебного заведения не имеет права призывать детей участвовать в религиозных обрядах, в церковных службах, в православных постах. Но он должен рассказывать им, как и почему это делают верующие люди. Можно вспомнить, что в советских школах были (и, кажется, есть) уроки, а в вузах - и целые курсы, посвященные греческому и римскому язычеству. Но никто не призывал молиться Зевсу или Гермесу, и с законом о свободе совести все было в порядке. Кстати, логично преподавать Православие на территориях, где культурное наследие обязано Православию, мусульманство на территориях, где культурное наследие обязано Исламу и т.п. Мусульманин вполне может посещать уроки православия, а православный - уроки ислама, если там не будет призыва к практике религии. Это даже необходимо для того, чтобы обучаемый мог разобраться в духовном состоянии и истории общества, в котором живет.

Но есть проблемы преподавания, несравненно более сложные, решение которых не сводится к сдерживанию преподавателем самого себя от желания навязать любыми средствами свое мировоззрение другим. Одна из таких глобальных проблем, порождающая многочисленные ошибки - отсутствие у современных преподавателей детского духовного опыта. Вряд ли стоит говорить, что преподаватель Православия должен быть человеком воцерковленным, то есть практикующим религию. Рассказ о вере - это рассказ не об абстрактной дисциплине, влияющей на жизнь человека лишь в некоторой степени, а рассказ о мировоззрении, влияющем на жизнь в самой максимальной мере (здесь, кстати, и секрет сохранения нравственности). На уроках в общеобразовательных школах с детьми на духовные темы говорят взрослые люди. Духовное мироощущение взрослого и ребенка сильно отличаются. А большинство современных преподавателей пришли в Церковь во взрослом возрасте, им незнакомо детское переживание веры, они росли в атеистическом обществе. Данный текст - своего рода "работа над ошибками" в преподавании духовных дисциплин, упорядочение и формулировка отрицательного опыта. Обращен данный текст к педагогам как светских, так и духовных школ, а также к родителям, которые желают воспитать своих детей в Православии.

Итак, начнем.

Главный вопрос любой религии - это вопрос о смерти: "Что есть смерть, что будет за порогом смерти, как мне прожить земную жизнь, чтобы за порогом смерти мне было хорошо?" Вера атеиста (бого-отрицателя) в то, что человеческое бытие смертью и заканчивается - примитивна, хотя и не нова. Религиозная мысль на протяжении всей человеческой истории искала более сложные и возвышенные ответы на вопрос о смерти. По словам физика и философа Блеза Паскаля, "Если я верю в жизнь после смерти, и это окажется правдой - я ничего не теряю, а если не верю, то теряю всё". Я не буду здесь доказывать, что самое возвышенное, радостное, и, если хотите, гуманное, решение, Богом-открытое, а не человеком-придуманное (не говорю - истинное, ибо это вопрос веры) - предлагает Православие. Это отдельная большая тема. А здесь отмечу, что, несмотря на первостепенную важность темы, разговор о смерти с детьми до определенного их возраста недопустим. Многие дети начинают бояться, близкое прикосновение к этой теме оказывает негативное влияние на детскую психику. Может дойти до того, что дети вообще перестанут воспринимать разговоры о вере. Особенно это касается невоцерковленных детей, для которых смерть - только пугающая тайна. Те ребята, что выросли в храме, относятся к вопросам смерти более спокойно, практика церковной жизни учит воспринимать подсознательно смерть как встречу с Богом. В школьном классе педагог должен знать духовный возраст каждого ребенка, чтобы никому не нанести раны. Я помню, как после урока в 8-м классе средней школы ко мне подошла одна девочка с протестом: "А я не хочу думать о смерти!" Что это было? Попытка спрятаться от неминуемой опасности, вместо того, чтобы взяться за ее решение? Или протест человеческой природы, для которой естественна вечность? Ведь опыт смерти человек познал вследствие опыта греха. Смерть неестественна для нас, мы изначально были созданы бессмертными. И поныне каждый человек приобщается к опыту смерти по мере взросления и, увы, приобщения ко греху. А маленькие дети еще достаточно чисты, поэтому и серьезный разговор о смерти с ними не имеет смысла.

Разговор о религии невозможен без разговора о молитве. Но преподаватель должен знать, что личную потребность в богообщении человек начинает чувствовать обычно в 16-20 лет. Пока ребенок не пройдет порог переходного возраста, пока он не познает радости и горести самостоятельности и свободы (которая приходит именно в переходном возрасте), пока жизнь его немного не "поломает", он может не почувствовать духовной и жизненной потребности в Боге, а значит, и в молитве. Но, тем не менее, учить молитве можно с самого раннего возраста. Самый естественный способ обучения - это просто жизнь в христианской среде, где соборная (литургическая или семейная) молитва являются частью христианского быта. Нужно следить, чтобы молитва была детям не в тягость. Почти все молитвы, совершаемые в семье, могут пропеваться - дети любят петь. Поют и годовалые дети - им просто интересно и хорошо, они подсознательно ощущают прикосновение к радостной тайне. А по мере взросления ребенку нужно объяснять смысл совершаемых молитв.

Никогда нельзя наказывать молитвой. Я слышал о такой практике: провинился ребенок - вставай на молитву в качестве наказания, замаливай грехи. Так поступать с ребенком может только родитель (или преподаватель), который сам не умеет молиться. В молитве душа отдыхает (как может не отдыхать душа, разговаривающая с Богом?) Молитвенный труд более связан с преодолением собственного богоотступничества, но это состояние и личную необходимость его преодоления понимает взрослый человек, а не маленький ребенок. Да, в церкви существует практика епитимьи - если человек совершил какой-то тяжкий грех, священник вправе назначить ему чтение каких-либо молитв, земные поклоны, пост. Но это не кара, а урок. И касается он взрослых людей. И взрослый человек должен быть согласен с необходимостью и полезностью для него такого налагаемого труда.

Следующая распространенная ошибка - это преждевременный разговор о темных духовных силах. По крайне мере, до возраста, пока ребенок не приобретет положительный опыт борьбы за справедливость хотя бы в среде равных (своих сверстников), нельзя пугать детей бесами, сатаной. Особенно это опасно для мнительных детей. Маленькие дети еще не умеют защищаться молитвой от искушений, которые провоцирует их собственная природа, а что уж там говорить о внешних, несравненно более серьезных силах! Упоминание о мрачной духовной составляющей мироздания (аде и всем, что с ним связано) возможно, но эта угроза в детском возрасте должна быть далекой, почти нереальной. Все силы воспитания нужно потратить на то, чтобы ребенок стремился быть с Богом, а не на то, чтобы думал, как бы ему защититься от бесов. Бог защитит!

Недопустимы формулировки угроз типа "Вот, плохо себя ведешь - Бог тебя накажет". Кто вы такой, чтобы решать за Бога, когда и как наказывать? Лучше, если с ребенком случается некая неприятность, укажите ему на справедливость происшедшего: "взял без разрешения конфету - разболелся живот", "не захотел молиться вместе со всеми - приснился страшный сон", и т.п. Уж если почувствуете необходимость "приплести" духовное объяснение, лучше скажите ребенку, что своим плохим поступком тот оттолкнул от себя Ангела-хранителя, вот и случилась беда. Это, кстати, будет правильнее и с богословской точки зрения. Мне рассказывала одна прихожанка (она выросла в светской семье), как в детстве ей постоянно внушали, что тот самый Дед Мороз, который приносит на Новый год подарки, ежедневно и постоянно за ней следит, чтобы она не совершила ничего плохого. И она как огня боялась Деда Мороза, пока не выросла настолько, что поняла, что тот ненастоящий! Боялась каждый Новый год, и пряталась, когда он приходил. Взрослые, заметьте, насколько Бог ненавязчив! Зачем же вы лишаете Его этого доброго качества, да еще и в глазах детей? Да, ребенок должен помнить (и забывать, и вспоминать), что Бог все видит. И может и наказать, но не ради кары, а потому что хочет, чтобы мы стали лучше. Но напрямую угрожать детям Богом - нельзя!

Нельзя рассказывать о суевериях, приводя при этом кучу примеров. Суеверие - удивительно прилипчивая штука, как для взрослых, так и для детей. Людям проще верить в безликий алгоритм суеверия, чем выстраивать отношения с живой Личностью - Богом. А человеческая вера многое определяет в нашей жизни, в том числе и сбытие суеверия. Немного я встречал прихожан (увы!), которые с верой, радостью и смирением могли сказать про суеверия: "на меня это не действует!" Страх перед суеверием перестает действовать на человека, познавшего радость страха Божия. Ну, действительно, достойно ли величия Божия посылать вам в качестве знамения черную кошку под ноги?!

Как воспитать ребенка в страхе Божием? (Кстати, лучше избегать этого термина в разговорах с детьми. Это богословский термин, требующий толкования, которое может быть понятно только взрослым. А дети ощутят в этих словах ту угрозу, которой там нет.) Вопрос важный: "Начало премудрости - страх Господень". Если нет благоговения перед Богом, духовная жизнь как ребенка, так и взрослого приходит в тупик и угасает. Благоговение у человека вызывает красивая и величественная Тайна. Это касается всех возрастов. Не лишайте детей (и себя) этих Тайн! В Православии, в Боге их множество. Не надо стремиться объяснить в религии всё и вся. Это и невозможно. Кстати, если бы Православие было религией, выдуманной человечеством, там было бы гораздо меньше тайн и нелогичностей. А они - есть. Мы можем дорасти до объяснения некоторых, и они оказываются удивительно красивыми и мудрыми. А можем не дорасти. И тогда не примитивизируйте их корявыми толкованиями! По словам святителя Николая Сербского, "Любовь горит, пока есть Тайна. Раскрытая Тайна - сожженная Любовь". Но последние слова понятны более взрослым. Как быть с детьми? Поделитесь с ними чувством замирания перед Тайной. Пусть будет пауза осознания перед прикосновением к иконе или Евангелию, перед молитвой домашней или церковной. Подготовьте детей двумя-тремя фразами перед предстоящим духовным движением, иначе оно не состоится.

Многих родителей и педагогов волнует вопрос пребывания детей в православном храме. И именно родители должны стать главными помощниками в церковной жизни для ребенка. Пока дети маленькие, мамы и папы должны тихо, чтобы не мешать другим молящимся, объяснять детям смысл происходящего в храме, подсказывать, как надо себя вести в том или ином случае, и внимательно следить за духовным и физическим состоянием ребенка, находящегося на службе. Ребенок должен осознавать, где он находится, и для чего собрались окружающие люди. Для взрослых прихожан нахождение в храме требует сосредоточенности. А детям, особенно маленьким, особенно темпераментным, трудно находится в состоянии сосредоточенности на протяжении всей церковной службы. Если ребенок устал, необходимо вывести его на некоторое время из храма и вернуться в какие-то важные моменты церковной службы, например, во время "Херувимской" или Евхаристического канона. Пожертвуйте своей молитвой ради ребенка. Темпераментный пусть выбегается, с тихим хорошо послушать птиц или посидеть порисовать (это же можно сделать и в западной части храма, "на галерке", если на улице холодно или дождь). Приведу не очень хороший пример. Представьте: вас пригласили с маленьким ребенком к некоей важной персоне. И вы подготовили, как могли, ребенка к этому. И если во время застолья ребенок залезет под стол, это будет нормально: играет, взрослые разговоры пока не для него. Но если он начнет носиться по жилищу и сшибать вазы, тут уж придется принимать меры. Пример нехорош тем, что прикосновение к духовному миру в детском возрасте абсолютно возможно, в отличие от участия в разговорах о политике. Родители или воспитатели должны стараться чувствовать духовное состояние ребенка в храме. Главное, чтобы ребенок не забывал, к Кому он пришел. Забавный пример: один малыш тихонько подходил к клиросу (церковному хору) во время богослужения, слушал внимательно, а утомившись, стремглав убегал из храма (умело лавируя между молящимися). Так повторилось несколько раз. Наконец мама оговорила его. А он ответил: "Мам, я все правильно делаю, смотри!" - и показал на знак пожарной безопасности на стене - бегущего в направлении выхода человечка.

Встречаются дети, которые боятся Бога потому, что им в красках рассказали о страданиях Христа, о распятии, смерти, погребении, о подвигах мучеников. Но слишком мало было сказано слов о главном во взаимоотношениях между Богом и человеком - о любви. Дети не знают о непрестанной заботе Бога о нас, о справедливости и защите.

В преподавании духовных дисциплин важна последовательность изложения. Она не должна быть исторической (сначала - Ветхий Завет, потом - Новый). Сначала нужно рассказать о главном, а потом - о второстепенном. Вспомните, как создавал свои "Хроники Нарнии" Клайв Льюис: сначала им была написана книга о спасении сказочного мира Асланом, о его жертве, а потом появились другие книги с историческими и нравственными мотивами. Начинать надо с уроков о любви Божией. Хорошо показала себя практика, когда первые уроки посвящены сотворению нашего мира, а затем происходит переход к евангельским событиям с периодическим возвратом к интересным и понятным для детей рассказам о событиях Ветхого Завета, приуроченным к текущей церковной жизни. Не надо опасаться, что ребенок воспринимает уроки веры, как сказку. Маленькие дети живут в мире сказок. Он для них реален так же, как и окружающий. И учить их церковной жизни нужно, прежде всего, на примерах любви.

Рассказывая о церковной жизни, педагог должен уметь расставлять приоритеты. Рассказывая, например, о правилах поста, нельзя не добавить, что главный пост для ребенка - слушаться родителей и помогать им во всем. Обрядовая сторона поста менее важна, чем мир в благополучной, пусть и нецерковной семье. Иначе происходят казусы, когда родители приходят в школу и начинают выяснять, почему ребенок отказывается есть и еще и их, родителей, жизни учит. Неблагополучная семья, в которой дети брошены родителями - иной случай, тут значительная доля ответственности ложится на педагога, которому ребенок доверился, в котором ребенок увидел опору и защиту.

Значительную опасность для детей представляют некоторые "инновации" в педагогике, типа игр "Кто о чем сейчас думает?". В этой игре дети садятся в круг и ребенок, выбранный из коллектива по определенному правилу, должен всем раскрыть свои мысли. Неужели не ясно, что такие "игры" учат или лжи, или лицемерию, или потере стыда? Подозреваю, что подобных "инноваций" в современной педагогике уже немало. Учителя пока не принуждаются вышестоящей властью их практиковать, эти методики лишь "рекомендованы". Просьба к преподавателям: анализируйте все новые методики, пропуская их через призму своего педагогического и житейского (а если есть - духовного) опыта! Иначе мы будем калечить детские души.

Подводя итоги, скажу, чего стоит добиваться: того, чтобы вера ребенка была светлой и радостной. Радующемуся светлой радостью человеку неинтересно грешить. Есть хорошие слова диакона Андрея Кураева (правда, он говорил о студенчестве, но это неважно): "Образование - это то, что осталось в вас после того, как вы забыли все, что вам было прочитано на лекциях". Так вот, дети могут забыть все, что им было рассказано на уроках духовной тематики. Но главное, чтобы они запомнили (а лучше - убедились на собственном опыте, ибо это несложно), что Бог есть Любовь.

20 июня 2010 г.

Содержание

 


Copyright © 1999 - 2017 г. Священник Антоний Коваленко